• ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: прохожие (список заголовков)
00:56 

тони такс
Radiohead и радиосиськи
00:40 

тони такс
Radiohead и радиосиськи
20:04 

тони такс
Radiohead и радиосиськи

Когда мне было особенно страшно, мы с Котом прятались в старом шкафу со скрипящей дверцей. Забравшись внутрь, садились между ящиком с зимней обувью, торчащей острыми носками из картонной коробки, и мамиными вечерними платьями, пахнувшими так нелюбимыми Котом духами. Кот представлял собою немалых размеров зеленого слона с фабричной биркой накрепко вшитой в заднюю левую ногу. У него была большая лохматая челка цвета старого апельсина, знаете, такого гнилого оранжевого оттенка, и синие глаза.
Я назвал его так в честь своего любимого кота Слона, которого отравили на его же третье день рождения. Откровенно-то говоря, мы праздновали его в один и тот же день. Все потому, что я не знал, когда именно Слон родился, а посему решил что так будет справедливо - справедливо настолько, насколько это может быть в девять лет. И пусть изодранное брюхо бывает лишь от зубов Мишкиной собаки, я все равно уверен, что это тетя Зина из шестьдесят восьмой его отравила: ей никогда не нравился Слон. И вот, когда мне исполнилось девять, я, пряча за спиной карпа, купленного отцом за два дня до этого, вышел во двор. Вот там-то я и нашел Сло. Сло лежал и как будто улыбался. Может, я даже поверил бы в это, но мне мешала вывернутая под неопределенным углом шея и огромная прореха посреди туловища. Вот так Слон и превратился в Сло. А вы говорите, что старые тетки ни на что не способны.
Я стоял над ним кое-какое время, если быть точным, весь левый глаз (удивительно, насколько всего две-три мухи могут быть прожорливы). Когда же тот пропал из виду, я зашел в подъезд и, бросив карпа в почтовый ящик Зинаиды Яковны, ушел за папой.
Наверное, вы бы удивились, увидев, как из шкафа, воровато оглядываясь, неуклюже выбирается мужчина средних лет в обнимку с детской игрушкой. Может, вы бы даже удивились, увидев, как он каждое утро забрасывает в соседский почтовый ящик рыбу. Но он привык.
+

@темы: прохожие

14:55 

тони такс
Radiohead и радиосиськи
18:51 

тони такс
Radiohead и радиосиськи

Маленький человек жил в коробке из-под телевизора. Зачастую, поливая свой любимый лимон из кофеварки, он ежеминутно упирался головой в самисенький потолок. Ему даже приходилось немного подгибать коленки и сутулится чтобы не задевать его макушкой. У коробки была дверь заменявшая ему окно и окно заменявшее ему дверь. Сквозь и в которые он влазил и выходил. И хоть на них не было замка, маленький человек зачем-то всегда носил с собой ключ с кривыми зазубринами. Носил его на шнурке снятом с левого ботинка. Ему же не жалко, да и ни к чему они ему, ведь у того обе ноги были правыми, что доставляло ему неимоверных неудобств и растрат.
У маленького человека был широкий друг детства и тощий друг по средам. Иногда тот думал, что с Посредным они могли бы дружить и почаще, но как-то не заладилось у них. Не заладилось потому как у его друга были изменчивые настроение и характер. И только по средам ему нравились маленькие и худые люди. По пятницам же, к примеру, он любил говорить задом наперед и переводить старушек через дорогу. Туда-сюда, туда-сюда, что крайне выматывало несчастных. В то время как по воскресеньям он воровал газеты из почтового ящика своего соседа Сварщика. Нет, не со зла, конечно же. Просто Сварщик верил гороскопам как никому, и это сильно тревожило Посреднего.
А лимон маленькому человеку подарил широкий, прибавив, что когда-нибудь он обязательно зацветет. И кофеварку тоже подарил именно он. Потому что в коробке не было ничего, чем можно было бы поливать растение. Когда же настало Когда-нибудь у маленького человека почему-то вырос персик. С того дня они гуляли с Посредным еще и по понедельникам.
В день, когда у этих двоих аллергия.

@темы: прохожие

22:34 

тони такс
Radiohead и радиосиськи

Кло — некрасивый мальчик. У него шесть пальцев на правой руке, четыре на левой, и он пишет скучные и порой гнетущие четверостишия. Иногда пяти-. Кло когда-то мечтал стать мечтателем А-класса, но когда ослеп, Кло разучился видеть звезды. А без них мечтать сложно. Именно, что разучился. Мама тогда сказала ему, что это так же, как и говорить или ходить. И это Кло виноват, что стал таким. Что у него попросту не было развития.
С детства в организме Кло было крайне мало счастья. И хоть мама поначалу подсыпала в его ужин "Веселый порошок", Кло это не помогало. У него тогда только глаза смеялись, но он же слепым был. Не замечал.
Кло жил в старом шкафу и, взаправду, его именем было Кристофер. Там, в пыльной темноте, он и писал свои скучные и порой гнетущие четверостишия. Иногда пяти-. Бабушка Фелиция, лет шесть назад, подарила ему чудную чернильную ручку. Но не намерено, конечно же, забыла предупредить Кло о том, что черничное варенье в тот момент было куда нужнее его чернил. Поэтому, открыв тетрадь Кло, вы бы увидели лишь исцарапанные странички. Именно по ним он и читал свои стихи - по царапинам. И знал, какая страница следующая тоже по ним.
- Кло — некрасивый мальчик. - Часто повторяла ему Миша, девочка из соседнего дома. Миша нравилась Кло еще до того, как тот разучился видеть. Миша называла Кло некрасивым мальчиком. Она при этом еще хихикала и, незаметно, штрыкала Кло каким-нибудь сучком. Вообще-то Кло это замечал. Всегда. Но Миша говорила, что она ненароком, И Кло извинялся. Потому что ему нравилась эта девочка, девочка из соседнего дома. Девочка-Миша.
"Кло — некрасивый мальчик". Именно так он называл свои скучные и порой гнетущие четверостишия. Иногда пяти-.

@темы: прохожие

18:12 

Radiohead и радиосиськи
Моросил дождь, знаете, сегодня он был особенно мерзким. Мальчик стоял, кутаясь в шарф, и единственное, о чем он сейчас думал, это то, что все было не напрасно. Он ждал момента, когда это случится - каждое утро он улетал в космос.
Подъехал троллейбус и, скрипя ржавыми дверьми, пустил мальчика внутрь. От дерматинового сиденья несло дряхлостью, такой запах был только в троллейбусах с маршрутом 14. Напротив сидела старушка с авоськой, на дне которой лежало две мандарины и синий заяц с оторванным глазом. Бабушка улыбалась как-то волшебно, мальчик давно заметил, что так улыбаться могут только они нежно и волшебно.
Позади послышался сдавленный кашель. На заднем сидении сидел парень с синими кругами под глазами и непослушными волосами. Мальчик почувствовал, как его схватили за рукав куртки, повернувшись, он встретился глазами со старушкой, которую про себя он назвал Тетя Надя. Она протягивала ему одну из тех мандарин, что до этого лежала на дне дырявой сумки.
- Это мне? – Владик немного замялся и отвел взгляд.
- Знаешь, ты немного на него похож, он их больше жизни любил. - А затем старушка тихонько прохрипела.
"Смеется", - тут же решил мальчик.
Его рука немного дрогнула когда холодная кожура соприкоснулась с разгоряченной кожей. Он сжал пальцы и, спустя несколько минут, тихо произнес:
- Я тоже.
По-правде, на мандарины у него еще с детства была аллергия, однажды он чуть не умер от удушья, так мама рассказывала. А больше он ничего не сказал, и Тетя Надя тоже молчала.
когда же троллейбус остановился, она, кряхтя, направилась к выходу.

Мальчик знал, знал что скоро его остановка - остановка «Спутник».
Каждое утро он совершал путешествие на меж земную орбиту. Когда на мокром асфальте валялся мусор, все еще не убранный сонными дворниками, Владик видел целлюлозный путь усеянный звездами-фантиками, то тут, то там. Его вселенная. Когда он шел меж прохожих, мальчишка всегда улыбался тому, какими же слепыми были все эти взрослые. Ведь они даже не представляли, что парят рядом друг с другом. И что ходить они не умеют, они тоже не представляли.
Он встретил Тетю Надю спустя месяц, то утро было утром воскресенья. Она сидела на остановке, на той, где начиналась его вселенная.
Проходя мимо, Влад задел ногой обертку от шоколада.
- Ну вот, что же ты так не аккуратно. Из-за тебя звезда упала. - причитала Тетя Надя, роясь в авоське, на дне которой все так же лежало две мандарины и синий заяц.

@темы: прохожие

14:15 

Radiohead и радиосиськи
однажды вечером, возвращаясь домой, я увидел щенка. его колотило, и он как-будто пытался вжаться в стену позади него. присев и протянув к нему руку, я заметил, как у того нервно дернулось ухо. моя ладонь замерла в нескольких сантиметрах от его спины. медленно сжав пальцы в кулак, я поднялся. щенок, едва слышно тявкнув, даже на мгновение перестал дрожать.
- может ты проголодался? - я натянул шарф повыше, - или же попросту замерз.
он смотрел на меня снизу-вверх, после чего осторожно обошел. повернув голову, я увидел его, стоящего позади метрах в двух. он снова сделал пару шагов и, дернув влажным носом, посмотрел на меня круглыми глазищами. знаете, мне всегда было интересно, почему подобный глаза называли "пуговками", а не, скажем, замочными скважинами.
я последовал за ним из чистого интереса, а он, прислушиваясь к моим тяжелым шагам, больше не оборачивался, продолжая бежать, поджав пушистый хвост.
мы остановились возле двухэтажного дома с темными окнами.
- тут жил твой хозяин, да? - он заскулил, - разве отсюда не переехали три дня назад?
я подхватил щенка под теплый, мохнатый живот и, расстегнув первую пуговицу пальто, засунул его внутрь, так, что снаружи осталась торчать лишь голова.
- это, конечно, жалко выглядит, но не мог же и я тебя тут бросить.

с того дня прошло около двух месяцев. и, откровенно говоря, я надеялся, что он забыл тех людей, которые хозяева. не поймите превратно, но мне просто хотелось, стать для кого-то всем.
я работал в страховой компании и время от времени меня, как и каждого служащего, посылали в командировки. поэтому, оставив щенка у друга, я уехал, а когда вернулся, мне сказали, что тот сдох 4 дня назад. да-да, именно сдох. животные ведь не умеют умирать, верно?
- он отказывался есть, так что, Мишь, извини. я ничего не мог с этим поделать.
меня не было 19 дней, 7 часов и... вот, 16 минут.
значит мое желание сбылось? какая жалость.
- я ведь даже имени ему не дал.

слоняясь по городу до утра, я даже зашел в какой-то сомнительный бар выпить. да что там, я даже рассказал о такой мелочи какому-то незнакомому парню. как его там звали? Макс?
уже светало, а через 6 часов идти на работу. подцепив со спинки стула помятый пиджак, я вышел наружу. около станции метро сидел бродяга с корявой надписью на табличке рядом. тогда я подумал, что он врач на полставки. где-то во внутренностях пиджака звякнула мелочь. порывшись с минуту, я достал несколько рублей и подошел к нему, задев его ногу своей.
- хотя, знаешь, я ведь теперь тот еще мудак, верно? еще и ты привяжешься. - мелочь полетела обратно.

@темы: прохожие

02:41 

Radiohead и радиосиськи
Я всегда любила смотреть на то, как стекали капли по холодному стеклу. Включив ночник, я садилась на подоконник и наблюдала за тем, как с каждой минутой дождь усиливался, а капли все быстрее бежали свой марафон «сверху-вниз» по гладкой поверхности. Только ночью. Именно.
Такие вечера дарили мне шоу/представление, как вам угодно. Луне тогда доставались только второстепенные роли, и все, что ей оставалось, - это устало маячить позади, бросая завистливые взгляды на главных героев сегодняшнего шоу. Тучи забирали всю ее славу. Театр одного актера? Нет. Театр одного зрителя.
Я не понимала, зачем придумали зонты. Наверное, это сделали те, кто не смог смирится с тем, что все постановки были предназначены для меня. Как грустно, правда? Когда я шла, подставляя лицо дождю, все что я видела – насмешливые взгляды. Все нормально, просто вы не зрители. Так что можете думать, что это вы меня жалеете, а не наоборот.
В луже доживал свои последние часы бумажный кораблик. Я никогда не умела их делать, но часто рисовала пальцем по стеклу. Присев, я толкнула его веткой во влажный бок. Он него разошлись круги, хотя они не сильно выделялись меж тех, что создавали капли.
Кораблик плыл, а круги, исходящие из-под его кормы, стали совсем одиноки. Нет, дождь не закончился, просто надо мной навис ярко-зеленый зонт. Я увидела это в отражении, то, какого он цвета. Еще, передо мной стояли две ноги, которые, скорее всего, заканчивались туловищем с торчащими руками и головой. Но я видела только ноги в резиновых сапожках, и не могла быть уверенной, хотя одна рука точно должна быть где-то там, иначе, чем ноги_в_сапожках держали бы зонт, да?
Кораблик ушел на дно.
- Ты мешаешь. – спокойно произнесла я сапожкам.
По волосам снова побежали струйки воды, а в лежащем рядом зонте начала собираться вода.
- Похоже, зрителей стало больше.
Я подняла глаза вверх.

@темы: прохожие

08:50 

Radiohead и радиосиськи
- а тут больше синего.
- почему у меня всегда только синяя гуашь!? ты вот обычно красной и белой рисуешь.
- ты еще слишком маленькая.
- всегда ты так... - девочка недовольно посмотрела на старика, потом, заглянув ему за спину, бросилась с криками, - шарик! - вдруг замялась. - снова какой-то малыш упустил.
старик смотрел на него с какой-то неописуемой грустью, даже с большей, чем нужно смотреть на шарик.
- наверное, плакал. дети всегда плачут, когда что-то теряют. его ведь все это время видно. и все это время они плачут. - он прошелся ладонью по собранным в хвост седым волосам, как будто снимая усталость. - ладно, привяжи его вон к тому облаку.
девочка с неуверенностью поморщила носик:
- а разве желтый нам подойдет? вот если бы он был таким же красным...
- не спорь.
она уже было развернулась, как вдруг:
- смотри, тут имя. - она показала ему большие белые буквы.
он вздохнул:
- я знаю. это все, что остается им от хозяев.
взяв золотую ленту в ладонь, она подошла к облаку номер 12.
- немного любви с примесью счастья. да, душа забавная вещь. везде она остается. жалко, что она так быстро иссякает. в итоге из-за того, что люди так привязаны ко всему, — сами становятся пустышками, в которых потом другие должны влаживать душу.
- ты еще слишком маленькая, что бы говорить такие вещи, - старик улыбнулся, - бери кисточку и дорисовывай закат, скоро смена придет — звезды рисовать, забыла? так что нужно закончить вовремя.
- ладно, дедушка. - она провела пальцем по букве *Д* и, подцепив ведро с гуашью, ушла.
а ночью мальчик, увидев свой шарик, снова плакал.

@темы: прохожие

20:24 

Radiohead и радиосиськи
- Я хочу купить все ваши книги.
Он смотрел на продавца надменным взглядом и улыбался. Девушка за прилавком смотрела на него так же. Она думала – он идиот. Он купил все.
Мы ехали по пустому шоссе, солнце тускнело ярче обычно. Была необыкновенная ночь.
Он остановил фуру возле обрыва. Вытянул два ящика книг и сел на краю. Медленно вырывая страницу за страницей, он делал самолетики и пускал их в ту странную пропастью. Вот он взял *20000 лье под водой*, и я услышала шум воды, крик капитана и удары волн. Самолетик летел и крики удалялись. Мне было жалко капитана, что он будет делать без океана? Он взял *Тарзана* Эдгара Берроуза, и я услышала тревожное пение птиц, они знали, что сейчас случится. Еще один самолетик улетел в пропасть. Один за другим, и все животные оказались где-то там. И Тарзан не смог их спасти, он тоже был самолетиком.
Когда настало утро и тускнеющая ярче обычного луна поднялась, сменив тускнеющее ярче обычного солнце, он снова сел за руль, выпил теплого молока, чтобы ни заснуть, и поехал дальше.
Он ехал 4 дня. Мы были на берегу моря. Было невыносимо жарко.
Он достал три ящика и, усевшись на одном из них, снова сделал самолетик. На этот раз это был *Белый клык*. Снега таяли, сошло несколько лавин. Все здесь умерли. А он делал самолетики и пускал их трупики по нежному северному ветру.
Он ехал 4 дня. Он поднялся на ту гору ночью, как раз взошло солнце. Он вытянул последние два ящика. Через три часа осталась одна книга. Он долго на нее смотрел. Парень не мог понять, почему книга молчала. Потом как-то особо трепетно вырвал листок и сделал самолетик.
Я летела, а ветер смеялся и обзывал меня прессованным деревом. Я обозвала его недосквозняком. Он обиделся, и я упала.

@темы: прохожие

20:49 

Radiohead и радиосиськи
В комнате был лишь старый стол и зеркало в картинной раме, в углу которой, висел ошметок полотна – зеленый луг и чьи-то огненно-рыжие волосы. Кажется, кто-то пытался вставить овальное стекло в дубовый прямоугольник, но так и не получил желанного результата. В этой комнате четыре на четыре не было двери, только окно. А за ним - мир, который умер.
Завернувшись в теплый шарф, он сидел на подоконнике, свесив ноги. Зеркало висело напротив. Трещина, уснувшая на гладкой поверхности, разделяла все надвое, и, наверное, поэтому казалось, что здесь он не один, а с ним.
Все, что у них было, это искаженное тело на двоих. Когда-то их могли назвать сиамскими близнецами, но это странное сочетание слов умерло вместе с миром.
Иногда он пытался разговаривать с ним, но тот, другой, только поднимал уголок рта вверх. Улыбался, нет, не наигранно, просто невозможно, потому что он, тот, кто сидел на потрескавшемся подоконнике, не умел этого делать.
Мальчик часто просил его научить, но тот, кто был лишь отражением, ему никогда не отвечал. Он и он были всего лишь тем, что осталось от этого мира. Тень и искажение.
Иногда по комнате бродил сквозняк, тогда они замирали и вслушивались в эти незатейливые звуки. Им казалось, что это эхо, которое, когда-то отколовшись от мира, не успело исчезнуть вместе с ним. Как и он.
Мальчик не понимал, почему он не умер с миром. Он не помнил, как оказался в этой коробке и как давно он здесь.
Он знал и помнил только то, что мир умер без них.
В комнате был лишь старый стол и зеркало в картинной раме. Здесь никогда никого не было, и только тени иногда бродили по гладкой поверхности стекла. Эхо чьих-то воспоминаний.
Мир, который умер.

@темы: прохожие

23:42 

Radiohead и радиосиськи
Мне всегда было сем лет. Я был худым и слабым. Мальчишки во дворе часто надо мной смеялись. Они смеялись и смеялись, пока, однажды, я не проломал одному из них голову кирпичом.
Теперь вы понимаете, почему у меня не было друзей? Понимаете, да? А я вот так и не смог.
У всех детей был воображаемый друг, а у меня он был просто невидимый. Мой самый-самый лучший друг. Летом девяносто восьмого мы переходили дорогу, по-очереди прыгая по зебре, я запрыгнул на бордюр раньше. Его сбила машина. Он был невидимым. Тогда я подумал, что зря он не надел свои полосатые носки.
Осенью того же года мама поздно пришла с работы, я был голодный, потому что не ел весь день. Заглянув в ее сумку, я увидел только мелки. Они были невкусными, поэтому я решил, что больше никогда не буду их пробовать.
Я рисовал разноцветных бабочек и щенков на асфальте, но люди не считались с моими новыми друзьями и просто шли по ним, задевая меня ногами. Я был худым и слабым.
Тогда я нашел место, где они не могут по ним топтаться. Я был там, где мы гуляли с Ним в последний раз, с моим самым-самым лучшим другом. Не было никого, только я и красный слон. Когда на нас на всей скорости неслась машина, я решил, что его нужно защитить. Я был худым и слабым, но я не бросил его, как Невидимого.
Мы остались вместе, а машина в тот день так и не дала по тормозам.
Мне навсегда осталось семь лет.

@темы: прохожие

21:06 

Radiohead и радиосиськи
У нас с тобой был договор, который ты исполнял предельно честно.
Наша дружба, казалось бы, висела на волоске от того, чтобы надрать друг другу задницу, и чтобы этого не произошло, чтобы она продолжала висеть все так же, мы заключили договор.
Чак бил меня, а я злился. Он исполнял отведенную ему роль, а я просто реагировал на это. Наверное, меня раздражало то, что Стемптон всегда бил в полную силу, оставляя мне саднившие плечи и бока. Но это было простеньким доказательством того, что мы всегда будем вместе.
Я никогда не отвечал, ведь моим делом было говорить.
Я говорил подобранные нами же фразы вместо будничного «привет» и ты бил меня, я говорил их, когда мы стояли в очереди за выпивкой, и ты бил меня. Я говорил их, когда хотел, чтобы ты ударил меня. Так я мог увериться в том, что мы зависим друг от друга.

Мы валялись в снегу, разрывая ночную тишь своим дыханием. Сплевывая кровь, ты перевернулся на живот, и начал что-то шептать мне с широченной улыбкой, но я не умею читать по губам, чувак. Поэтому, протянув руку и похлопав тебя по плечу, я сказал:
- Заткнись.
Шевелит губами.
Мне показалось это забавным, и я тоже начал рассказывать тебе о чем-то. О чем именно, я не знаю, себя я тоже не слышал, только визжащее пи-и-и-и, как на одном из тех каналов, на которых в полночь вместо порно показывают разноцветную заставку. Уголки твоих губ, поползшие вниз, напомнили мне элемент маски с какого-то острова, вроде Пасхи. Наверное, я сказал что-то неприятное.
Ты медленно поднялся, отряхивая пальто от грязного снега, и, еще раз харкнув кровью, протянул мне руку.
- О! На бабочку похоже.
- Думаешь? – голос Чака тихо фонил заставке.
Промерзшее озерцо, в котором летом плавают два старых лебедя, блекло отражало фонарный свет. Как в круглосуточном магазине один сонный паренек сменяет другого, так и их, стариков, зимой сменяли обертки и бутылки.
- Зачем ты меня ударил?
У Стемптона была такая особенность: он засовывал в рот сигарету и, откинувшись, закрывал глаза. Это значило, что он чем-то разочарован.
- Потому что ты давно об этом не просил. Но ты ответил. Зачем?
- Давно хотелось. К тому же, я крутой провокатор, да?

@темы: прохожие

иногда я просыпаюсь другим человеком

главная